27.05.2020

Что Россия ищет в Антарктике?

Что Россия ищет в Антарктике?

Россия провела крупнейшую за последние 20 лет экспедицию в Антарктиду по разведке запасов морского криля, а в ближайшем будущем планирует создать крупные научные центры по изучению океана. Зачем России нужно участие в мировой гонке за освоение морских недр и по силам ли оно нам сегодня, «Огоньку» рассказал академик Владимир Малахов — доктор биологических наук, академик РАН, профессор и заведующий кафедрой зоологии беспозвоночных биологического факультета МГУ.

— Владимир Васильевич, в разгар пандемии в Калининград вернулось судно, которое провело широкомасштабную экспедицию по изучению криля у берегов Антарктиды. Криль — это крохотные рачки, которых мы не добываем уже несколько десятков лет. С чем связан интерес?

— Начнем с того, что экспедиция не случайно отправилась исследовать криль на другую сторону земного шара — в Антарктику. Южный океан — один из наиболее продуктивных, если не сказать самый продуктивный регион планеты. А криль — один из самых перспективных ресурсов. При этом важно, что Антарктидой, по счастью, пока не владеет ни одна из стран.

— В чем секрет повышенной продуктивности?

— У берегов Антарктиды у кромки льда происходит мощное погружение поверхностных насыщенных кислородом вод на глубину. Эта вода с температурой минус 2 градуса очень холодная и соленая, а потому тяжелая. Она погружается на самое дно и формирует придонную водную массу, которая от подножия Антарктиды устремляется на север на тысячи километров и промывает все впадины на дне Мирового океана. Именно по этой причине сейчас, в нашу геологическую эпоху, жизнь в океане есть даже на глубине 11 километров в Марианской впадине. Причем там есть не только бактерии, но и разнообразные рыбы (до глубины в 9 километров) и животные. Все это потому, что до них доходит богатая кислородом вода от кромки льда Антарктиды. Если лед там растает, движение прекратится, и в океане возникнет множество безжизненных заморных зон.

Опускающаяся у берегов Антарктиды холодная вода, в свою очередь, вытесняет на поверхность глубинную воду, богатую азотными и фосфорными солями. Они удобряют поверхностный слой воды, куда проникают солнечные лучи. Происходит приблизительно то же самое, как если бы сыпали азотно-фосфорные удобрения на грядки в огороде. Поверхностный слой воды — это «морской огород», и его удобрение приводит к бурному развитию одноклеточных диатомовых водорослей (так называемого фитопланктона), которыми как раз питаются рачки-эуфаузииды. Их называют голландским словом «криль». По примерным оценкам общая биомасса криля в приантарктических водах — порядка 500 млн тонн. Сравните: во всем Мировом океане человечество за год вылавливает 90 млн тонн продукции, включая рыбу, кальмаров, креветок и т.д.

— Антарктический криль — это же по сути мелкая креветка? криль.jpg

— Да, они выглядят как маленькие креветочки. Вес одной не больше 2 граммов, но численность огромна. Криль — любимое блюдо китов, которые приходили сюда кормиться со всего света. Сегодня крилем питаются рыбы, пингвины и тюлени, например тюлень-крабоед. Крабов этот тюлень не ест, а ест криль, отфильтровывая его из воды. Если исключить человека (он давно вышел из-под контроля естественного отбора) и сельскохозяйственных животных, то тюлень-крабоед окажется самым многочисленным млекопитающим на планете: его численность составляет несколько десятков миллионов особей.

— Добыча криля как-то связана с исчезновением китов?

— Напрямую. Прошлый век был временем расцвета китобойного промысла. В СССР существовали огромные китобойные флотилии, которые выходили в океан из Одессы, Калининграда и Владивостока. Кстати, флагман нашей антарктической китобойной флотилии «Слава» был получен у Германии в 1946-м в счет репараций (за период с 1947 по 1972 год эта флотилия добыла 59 136 китов — больше, чем любая другая советская промысловая команда).

Походы длились, как правило, почти год. Основными продуктами добычи были китовый жир, спермацет, китовое мясо и амбра — воскообразная масса, которая образовывается в кишечнике кашалота. Это вещество прекрасно удерживает запахи, его использовали в парфюмерии, и это был очень дорогой продукт, приносивший стране валюту. Но постепенно численность китов так упала, что охоту на них запретили (запреты начались в 1979-м, но СССР стал их полностью выполнять в 1985-м.— «О»). Тогда и возникла идея: раз нельзя добывать китов, надо обратить внимание на их пищу — криль. В итоге в 1980-е СССР занимал абсолютно лидирующее место по вылову криля — добывали до 500 тысяч тонн рачков в год.

— А что с ними делать?

— В первую очередь их использовали для производства пасты «Океан», которую я, как и многие представители старшего поколения, очень хорошо помню. (Чтобы убедить покупать новый продукт, в СССР развернули небывалую рекламную кампанию с дегустациями; она вошла в учебники по истории советской рекламы.— «О».) Криль очень нежный и мелкий, поэтому его размалывали целиком, не извлекая мясо из панциря. А в панцире очень много фтора, который в таких количествах вреден для человеческого организма, поэтому оказалось, что много этой пасты есть не стоит. Решено было использовать криль в корм животным на зверофермах, но началась перестройка, и Россия вовсе перестала ловить криля в Антарктике. Со второй половины 1990-х мы не выловили ни одного килограмма.

— А другие страны лов продолжают?

— Да, мы были пионерами, потом ушли из этой области, а другие страны начали ловить криль. Но даже сейчас все страны вместе его вылавливают меньше, чем это делал СССР: около 300 тысяч тонн криля в год. Лидер — маленькая Норвегия. При этом, обратите внимание, она лежит вблизи Северного полярного круга, а суда отправляет к Южному. За ней идут Южная Корея и Китай. Где используют криль? Это прекрасное сырье для производства высокопитательного корма для рыб и креветок в хозяйствах аквакультуры. Не секрет, что сегодня подавляющее количество рыбы, которую мы видим на прилавках, выращено в специальных рыбоводных хозяйствах. Это касается даже той рыбы, которую мы считаем морской,— дорады, сибаса и т.д. В России фактически вся семга в магазинах — это продукт аквакультуры из Норвегии. Абсолютным лидером тут стал Китай, который производит порядка 50 млн тонн выращенной рыбы (прежде всего тилапию), пресноводных креветок, моллюсков, съедобных водорослей и даже медуз. К сожалению, в России аквакультура пока развита недостаточно. Мы выращиваем порядка 250 тысяч тонн, а это всего 0,3 процента от мирового производства рыбы в аквакультуре.

Место в океане

— Неужели такие экспедиции в Антарктику окупаются?

— Конечно, снарядить экспедицию в Антарктику — дело затратное. Но делать это нужно и прежде всего потому, что важно застолбить свое место: по существующим договоренностям квоты напрямую связаны с тем, сколько средств тратит та или иная страна на исследования в Антарктиде, сколько научных судов работает в регионе, насколько масштабные работы ведутся и т.д. Страны, не ведущие научных исследований, таких квот лишаются, а прошлые заслуги не в счет. Да, в 1950–1960-е годы СССР был одним из пионеров изучения Антарктики, там работало несколько всемирно известных станций и огромное количество судов. Но сегодня — другая эпоха.

— А кто лидирует сегодня?

— Самые активные исследования в Антарктике ведут страны, которые от нее далеко. Это прежде всего Германия, Китай и США. Широко представлены Япония и Индия, а также страны Южного полушария: Чили, Аргентина, Новая Зеландия и Австралия. Причем последние все энергичнее выступают за то, чтобы поделить Антарктиду на сектора в зависимости от проекции по меридиану территории страны на территорию Антарктиды. Даже Индия, которую отделяет от Антарктики Индийский океан, считает, что тоже имеет право на соответствующий сектор.

Так что сегодня конкуренция за антарктические ресурсы колоссальная. И то, что Россия впервые за почти 20 лет отправила экспедицию по изучению ресурсов криля,— принципиально важно.

— Криль — ведь не единственный антарктический ресурс, который интересует сегодня страны?

— Конечно! Там масса ценнейшей рыбы! На глубине 1000 метров подо льдом водится уникальная по своей пищевой ценности деликатесная рыба — антарктический клыкач, стоимость килограмма мяса которого на мировом рынке достигает 60 долларов. Отдельного упоминания заслуживает ледяная рыба, которую называют «белокровая щука». Такое название ей дали из-за полного отсутствия гемоглобина в крови. Вода в Антарктике очень холодная, и в ней столь велико содержание кислорода, что некоторые рыбы могут жить без гемоглобина! При этом если лет 50 назад ледяная рыба стоила довольно дешево, то сейчас из-за растущего спроса по всему миру она продается по цене 800–1000 рублей за килограмм.

А вообще, Антарктида — в буквальном смысле житница человечества, и важнейшая задача для России — оказаться в числе тех стран, которые будут использовать ее богатства.

Источник: Журнал "Огонёк"  от 

Центр перспективных экономических исследований Академии Наук РТ 50 лучших инновационных идей для Республики Татарстан Виртуальный музей-библиотека Академии Наук Республики Татарстан Татарстанский ЦНТИ